Предприниматели в литературе

5 фактов о предпринимателях в русской классике

Предприниматели в литературе

17 апреля 2019

Когда в России появились предприниматели и кем они были изначально, можно попытаться узнать из русской литературы, которая зачастую слишком хорошо отражает исторический контекст. Кратко пересказываем статью Светланы Волошиной в журнале «Горький» о том, почему в классике Золотого века русской литературы вместо бизнесменов были мошенники и когда это изменилось.  

До XVIII века предпринимателей в русской литературе встречается мало, потому что писатели о них почти ничего не знали.

Предприимчивость — не дворянская черта. Отсюда так мало хороших предпринимателей в произведениях писателей, преимущественно принадлежащих к дворянскому сословию. Кроме того, основными темами русской литературы XVIII века считаются романтизм и пороки общества — ни к тому, ни к другому предприниматели отношения не имели.

Позднее, уже в XIX веке, когда предприниматели начинают появляться в произведениях, их деятельность почти не имеет подробностей и не влияет на сюжет.

Так, Гончаров, называя Штольца в «Обломове» деловым, подвижным и предприимчивым человеком, описывает его деятельность как участие «в какой-то компании, отправляющей товары за границу», а Вожеватов у Островского — «один из представителей богатой торговой фирмы», который может позволить себе купить пароход.

В произведениях Золотого века предприниматели — зачастую отрицательные персонажи, в том числе из-за исторического контекста.

Предприниматели появились вместе с развитием реализма, но в контексте того времени выбор профессий, связанных с предприимчивостью, был крайне скуп: военная или чиновничья служба, а также придворная карьера. Для бедных был ещё один путь — игра в карты. В итоге предприниматели приобретают скорее облик авантюриста с жаждой лёгкой наживы, нежели честного бизнесмена.

Пример тому — Павел Чичиков из «Мёртвых душ», который, по словам Гоголя, начинал с продажи снегирей из воска и «впаривания» пряников голодным одноклассникам, а закончил взяточничеством.

В русской классике были и положительные герои-предприниматели, но их можно пересчитать по пальцам.

Предприниматели в редких случаях получали статус главного героя в произведении, а если получали, то выглядели примерно как Чичиков.

Однако во втором томе «Мёртвых душ» Гоголь ввёл персонажа Костанжогло, который «в 10 лет возвёл своё именье до , что вместо 30 теперь получает 200 тысяч».

Но эта часть романа, как известно, была уничтожена, и узнать, что уготовил положительному предпринимателю автор, уже невозможно.

Ещё один пример — Васильков из комедии Островского «Бешеные деньги». Будучи довольно простым на фоне остальных персонажей, он апеллирует к честности как к ключевому фактору предпринимательства. А затем, попав в критическую ситуацию, быстро наращивает капитал — при этом на старте он работал с нанятыми рабочими и спал с ними в одном бараке.

Проверить, как хорошо вы помните русскую и зарубежную классику и сможете ли соотнести книги с действительностью, можно в нашем тесте про литературных героев.

Предпринимательницы в русской литературе встречаются, но их сфера деятельности сильно ограничена.

Предприимчивые женщины появляются в русской литературе XIX века, но занимаются преимущественно содержанием салонов, модных лавок, пансионов или учебных заведений для девочек. При этом чаще всего они — иностранки, показанные как карикатурные персонажи. Особенно доставалось в этом плане свахам.

Есть и исключения — например, Вера Павловна из «Что делать?» Чернышевского, которая организовала швейную мастерскую. Однако и она остаётся «схематическим» персонажем, не удостоенным особого внимания.

«Надо отметить, что и по тем редким примерам предприимчивых женщин, что предлагает русская классическая литература, можно сделать однозначный вывод: любые формы предпринимательства и вообще активности (кроме активного самоотвержения и страдания) авторами в лучшем случае высмеивались, а в остальных — порицались», — говорит автор статьи.

И предпринимательницы, и предприниматели в русских произведениях освобождаются от отрицательных коннотаций только к концу Золотого века и не без влияния Европы.    

К началу XX века европеизация населения вышла на новый уровень: купцы получили образование и вышли из тени дворянского сословия — об этом пишет в своём романе «Китай-город» 1882 года Пётр Боборыкин.

Вслед за мужчинами очищаются от прошлых «грехов» и предпринимательницы: они не только перестают быть персонажами, вводимыми по большей части для смеха, но и получают ключевые роли в произведениях.

В «Китай-городе» молодая купчиха Анна Станицына уже предстаёт деятельной женщиной, владелицей фабрики, которой приносит удовольствие планирование и проведение сделок.

Человек, за которого она выходит замуж, тоже из новой формации — дворянин, заходящий на территорию купцов и успешно занимающийся торговлей и финансами.     

, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: https://mastera.academy/5-faktov-o-predprinimatelyah-v-klassike/

Банкиры и предприниматели в художественной литературе

Предприниматели в литературе

Старуха-процентщица из «Преступления и наказания» и Чичиков из «Мертвых душ» — образы, с которыми чаще всего ассоциируются финансисты и бизнесмены.

Негатив в их отношении идет именно из художественной литературы, хотя в ней немало и положительного, считает доцент НИУ ВШЭ Генрих Пеникас. IQ.

HSE предлагает посмотреть на некоторых известных персонажей глазами экономиста и сделать, возможно, неожиданные для себя открытия в области товарно-денежных отношений.

Топор для прогресса

Первый мостик — пьеса Антона Чехова «Вишневый сад» (1903 г.). В ней интересен позитив в финале. Образ вырубаемого сада традиционно трактуется как прощание со старой Россией.

Но то была Россия дворянская, а дворяне редко пытались развивать экономическую активность, они просто почивали на лаврах, получая доход от крепостных. Поэтому вырубка в имении помещицы символизирует приход нового — начало предпринимательства.

С точки зрения философских устоев, «глухой стук топора по дереву», может быть и воспринимается с грустью, но с позиций экономики это действительно про прогресс.

Плохой хороший капитализм

«Трилогия желания» Теодора Драйзера (романы «Финансист» — 1912 г., «Титан» — 1914 г. и «Стоик» — 1945 г.) знакома, наверное, всем, но не всем известно, что в оригинале не тот финал, что мы знаем по советским переводам. Помните, чем заканчивается история Фрэнка Каупервуда? Активный, богатый финансист торгует, спекулирует, созидает, однако в итоге теряет все.

В английской же версии наоборот — остается успешным, его империя существует. Выпустить такую концовку в СССР было нельзя — капитализм не мог развиваться, только саморазрушаться. Поколения читателей так и запомнили: американская книга о том, что капитализм плох. А она на самом деле все-таки про преуспевание экономики и про экономистов, которые для этого нужны.

Миллионеры за работой

Среди русской литературы образ предпринимателя конструктивен в «Приваловских миллионах» (1883 г.) Дмитрия Мамина-Сибиряка. В отличие от персоналий Гоголя или Достоевского герои романа нацелены на результат. Они осваивают Урал, строят Шатровские заводы, где трудятся не крепостные, а свободные люди, горят процветанием бизнеса.

Издавна идет дискуссия о том, кому принадлежит прибыль — наемному работнику или его хозяину. Последний физически, своими руками, возможно, ничего и не делает, но он соединяет идеи, сырье, ресурсы, получает и продает продукт.

Такие таланты, коммерческая жилка, сам дух предпринимательства развиваются экономикой, и очень хорошо, когда люди это осознают, в том числе через литературных персонажей.

Доверчивый Пассажон

Осознавать важно и для собственного опыта. Финансово-экономическое поведение вымышленных лиц — проекция на реальную жизнь. Образы бизнесменов могут восхищать, а могут предупреждать, откуда ждать опасности. В романе «Набоб» (1877 г.

) Альфонс Доде косвенно, на фоне переезда провинциала в Париж, описывает, как создавался банк, причем банк первого типа, когда капиталом предприятия были частные вклады.

Месье Пассажон с 30-ю годами работы в науке так проникся речами столичного банкира, что поступил к нему на службу и отдал все свои сбережения. Но доверие обмануто и теперь он ничего не имеет. Именно на таких доверчивых и строятся финансовые пирамиды.

Не полагаться на репутацию, а проверять, узнавать, не спешить вкладывать деньги — важный принцип, который пусть не главной нитью, но протягивается через книгу.

Паника просителя

Когда разбираешься в происходящем и включаешь здравый смысл, не попадешь на удочку голословных утверждений. В рассказе Ярослава Гашека «Финансовый кризис»  (1910 г.) все по-другому.

Наемный работник просит начальника поднять зарплату, но начальник возмущен: как можно! Вы хотите 20 крон в то время как акции Бедржиховских заводов упали с 940 до 938, итальянскому правительству не удалось взять заем у Франции, Турция и Греция без гроша кредитов, на Аляске горят шахты и «в одну из них прыгнул американский угольный король»?! Идет нагнетание катастрофы, проситель осыпан цифрами, запуган профессиональным сленгом и вместо прибавки получает разрыв сердца. Все это в чем-то про финансовую грамотность: если ее нет, вы поддаетесь панике, а если есть — разберетесь, и необоснованные страхи отступят.

Спекулянт в грезах

Человек, для которого деньги самоцель, не станет для мира банкиром Медичи, не инвестирует средства в возведение тоннеля под Ла-Маншем. Он не думает о перспективах бизнеса, пределом мечтаний становится рост цифр.

Убедить других, что построит нечто прибыльное, получить первоначальный капитал, самозабвенно «разгонять» курс акций, мечтая о суммах в сотни и тысячи. И пусть цифры абсолютно не обоснованы, желание увидеть их превыше всего. Это про биржевого брокера из романа Эмиля Золя «Деньги» (1891 г.).

В книге нет строго положительного образа финансиста, но очень точно дана натура тех, кого называют спекулянтами. Махинации с собственностью и ценными бумагами и одновременно — талант покорять окружающих мнимой славой и успехом. Человек в щегольском костюме, кажется, он преуспевает и хочется дать ему денег, потому что обещает вернуть с процентами.

В этом основное заблуждение, но включаются эмоции и вот уже мысли только о доходах, ставки растут, люди, по сути, начинают делить шкуру неубитого медведя, тогда как на самом деле их финансы пропадают.

Рефлексирующие реформаторы

Художественные произведения — это не только кладезь образов и актуальных ситуаций. Литература ставит глобальные экономические вопросы и позволяет размышлять над ними, сопереживая персонажам.

Хороший пример — роман Орхана Памука «Джевдет-бей и сыновья» (1982 г.). Повествование о трех поколениях турецкой семьи, через которое автор раздумывает о развитии страны.  Одна из глав — «Разговор с экономистом» — в чем-то близка к российской истории. Герои обсуждают пути реформирования.

Один считает, что нужно объединять крестьян. Другой — что так уже делали большевики и это не сработало. Он говорит: если у капиталистов нет денег, найти их должно государство, создав свою промышленность. Писатель не экономист, поэтому не идет дальше, к преимуществам рыночной системы.

Но важны сами темы: необходимость преобразований и роль государства. Нельзя ничего не делать, ссылаясь на плохое историческое наследие и нельзя видеть панацею в государстве. Без него не обойтись, но оно лишь форма организации. Реально работают люди, экономика создается их мотивацией получить что-то лучшее.

Читать и размышлять об этом как минимум полезно.
IQ

Автор текста: Пеникас Генрих Иозович, 1 августа, 2019 г. Экономика Литература Топ банки книги финансы

на IQ.HSE

Источник: https://iq.hse.ru/news/300488254.html

Предприниматель в русской классике

Предприниматели в литературе

Методическая разработка на тему: Предприниматель в русской классике

Отношение литературы и действительности многообразны и многосторонни. Литература включена в целостное бытие человека, связана с общественной жизнью. Однако она не просто отражает действительность, пользуется ее материалом, но является особой формой познания, освоения действительности. Вместе с тем сама литература сущетвует как некая «вторая реальность».

Художник творит эту новую реальность в соответствии с законами жизни и при этом открывает существенное в самой объективной действительности. Таким образом, литература вносит в жизнь новое содержание, добытое ее собственными средствами. Отношение литературы и жизни не заданы раз и навсегда, они cоздаются в каждую культурную эпоху заново, всякий раз по-своему.

В программу средней школы, как и среднего специального образования, входят произведения, героями которых являются купцы (предприниматели, говоря современным языком). В данной статье хочу поделиться опытом рассмотрения образов купцов на уроках. Расчет, деньги и вообще материальное всегда были чем-то грязным и пошлым для руской классической литературы.

Больше всего предпринимателей-купцов мы находим у Александра Отровского. Сам он происходил из дворянского рода, пусть и не очень знатного. Его отец, по происхождению священник, получил дворянский титул в первой половине XIX века, мать умерла рано, зато мачеха была баронессой.

Но писал он преимущественно про купеческое сословие, за что оно его, кстати, сильно недолюбливало-комедия «Свои люди-сочтемся», например, была по требованию московских купцов запрещена к постановке на целых 11 лет.

Иван Восмибратов из «Леса» все никак не может принести помещице Раисе Гурмыжской полагающиеся ей за лес деньги, и называет «товаром» ее бедную дальнюю родтвенницу Аксинью, к которой собирается посвататься. Богатый купец Савел Дикой из «Грозы» поедом ест домашних и вымещает на них всю злобу, если вдруг ему не удается сделать этого в городе.

Молодой представитель торговой фирмы Василий Вожеватов из «Бесприданницы» полагает, что наступило время, не богатое на женихов, поэтому девушке без приданого выйти замуж практически невозможно, разве только что за первого встречного не первого сорта.

Он разыгрывает в орлянку Ларису Огудалову-красавицу, но бесприданницу, влюбленную в «барина» Паратова,- и проигрывает ее старому дельцу Мокию Кнурову. Последнему, впрочем, не удается увезти Ларису в качестве содержанки на выставку в Париж-в финале она умирает от выстрела своего незадачливого жениха, бедного чиновника Карандышева.

Какими бы порочными ни казались купцы Островского, кара и правосудие редко их настигают. Пожалуй, одним из немногих героев, занимающихся предпринимательской деятельностью и в то же время не вызывающих стойкое желание вымыть руки, является Андрей Штольц из романа «Обломов».

Его создатель – Иван Александрович Гончаров-по его же собственным словам, воспитывался на литературе Карамзина, отличавшейся дворянским сентиментализмом. Гончаров не описывает подробно занятий Штольца, однако можно догадаться, что он промышляет чем-то вроде экспорта. Штольц-полная противоположность Обломову, он энергичен, целеустремлен, просчитывает каждый свой шаг.

Именно он спасает друга детства Илью Ильича от полного разорения. И потому вызывает самые теплые чувства. Но даже такой приятный во всех отношениях Штольц не является идеалом.

Он совершенно не умеет чувствовать, глубокие душевные переживания ему чужды (самое интересное, что он сам это понимает), и именно ленивому, обрюзгшему Обломову, а не мускулистому «как кровная английская лошадь» Штольцу Гончаров дает характеристику «голубиная душа»- для русского писателя это что-то да значит.

Меняется время, литература ищет новые формы, театр- новые пьесы, общество-новых людей. Рушатся привычные социальные связи, дворяне беднеют, значимое место занимает разночинная интеллигенция, а предприниматели все никак не могут отмыться дочиста. Следующий бизнесмен, которого мы находим в русской литературе, – это Ермолай Лопахин из чеховского « Вишневого сада».

Снова купец, но уже полный прекрасных душевных порывов: выкупить запущенный вишневый сад, разбить его на дачные участки и помочь нерадивым, неприспобленным к современной меняющейся жизни дворянам.

Почему же разоренная помещица Раневская не бросаетя радостно к нему в объятия, а ее брат Гаев не проявляет никакого энтузиазма по поводу реализации этого гениального плана? Даже приемная дочь Раневской Варя, которая явно неровно дышит к Лопахину, после покупки им вишневого сада уезжает работать в другое поместье экономкой… Советская критика, конечно, во весь голос утверждала, что Ермолай Лопахин противопоставлен этому загнивающему дворянскому сословию, представители которого только и умеют, что тратить деньги, не задумываясь, каким трудом они достаются. Спорить с этим сложно, ведь действительно на фоне Гаева, который разговаривает со шкафом, и Раневской, которая на последние золотые едет шикарно завтракать в город, Лопахин выглядит адекватным человеком, понимающим быстро меняющуюся ситуацию и умеющим решать проблемы. Однако, как и в случае с гончаровским Штольцем, Лопахин не задумывался Чеховым как позитивный пример того, как надо жить, думать и чувствовать. При этом сам Антон Чехов вовсе не дворянского происхождения. Его отец Павел Чехов – чрезмерно религиозный купец третьей гильдии, владелец лавки «Чай, кофе, сахар и другие колониальные товары». Детство, которое Чехов провел в лавке отца и за церковными песнопениями, он вспоминал как каторгу. Мучительные часы за прилавком, постоянные денежные подсчеты (и отцовская наука про обсчеты покупателей) – все это позволило Чехову писать: «В детстве у меня не было детства». Возможно, поэтому люди, считающие деньги, у Чехова выглядят довольно неприятными. Со сменой века рушится христианская доктрина, меняются представления о добре и зле, а традиция изображать предпринимателя негативно так и остается в русской литературе. Хотя возникают новые оттенки. Роман Максима Горького «Дело Артамоновых» показывает, как неостановимо разваливается бизнес, онованный Ильей Артамоновым. Его сыновья далеки от идеала дельных людей: Петр Артамонов дела побаивается, Алексей Артамонов вдруг обнаруживает пристрастие к вещам «барского обихода» и неприятную «торопливость в поведнии». В советское время роман считался доказательством того, что настоящими хозяевами жизни являются, конечно, рабочие-пролетарии, а никак не дельцы-предприниматели, которые на самом деле ничем не лучше кулаков-мироедов.

Другой горьковский купец – Игнат Гордеев из повести «Фома Гордеев», иногда работящий, иногда развратный, а иногда благочестивый, его сын Фома, именем которого и названа повесть, не оправдывает отцовских надежд. И дело, которое Игнат с таким усердием выстраивал, рушится. Фома с детства не любил учиться. Полагая, что учиться надо тем, у кого нет денег, но на самом деле и к деньгам Фома равнодушен. Ему тесно и душно в купеческой среде, он называет ее «тюрьмой».

И если раньше (например, у Чехова) выход на авансцену предпринимателей означал разрушение дворянской жизни, то у Горького разрушению подвергается уже сама купеческая среда. «Учитель имеет дело с человеческим материалом, с самым молодым и восприимчивым. Художественная литература – это богатейшая панорама типов людей…»Считаю, что об этом мы должны помнить всегда и идти в ногу со временем, иначе мы не добьемся тех результатов, которые ожидаем при подготовке к урокам. По понятным причинам за годы советской власти писательское отношение к «торгашам» не могло измениться -большую часть советских десятилетий свободное предпринимательство было под запретом. И, возможно, во многом благодаря русской классике (ну и, конечно, отдельным представителям нынешнего предпринимательского сословия) большинство граждан России по-прежнему считает, что у бизнесменов «нет ничего святого». И образ порядочного русского предпринимателя все еще ждет своего нового классика.

Литература:

• Зепалова Т.С. Уроки литературы и теар \ М. «Просвещение» 2002 • Пути анализа литературного произведения \ Пособие для учителя. Под ред Б.Ф. Егорова \ М. «Просвещение» 2001 • Урок литературы \ Пособие для учителя \ М. «Просвещение» 2003 • Фогельсон И.А. Литература учит \ 10 класс Книга для учащихся \

М. «Просвещение» 1990

Конспект урока по литературе в 5 классе по сказкам А.С. Пушкина Игровое проектирование (написание оды на уроке литературы) Конспект урока литературы в 5 классе по теме: Сказки Андерсена Активизация мыслительной деятельности учащихся на уроках литературы средствами ТРКМ

Конспект урока татарской литературы в 7 классе для русскоязычных учащихся

Конспект урока по литературе в 10 классе

Роль УМК при подготовке к ЕГЭ по литературе

Конспект урока литературы в 7 классе по теме «Особенности строения сонета. История развития жанра»

Методическая разработка урока литературы для 5 класса по региональному компоненту по теме «Путешествие в древний мир ханты и манси»

Источник: https://ped-kopilka.ru/blogs/blog59280/metodicheskaja-razrabotka-na-temu-predprinimatel-v-ruskoi-klasike.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.